Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Новый метод выборки для измерения жесткости селезенки, основанный на количественной импульсной эластографии синусоидальной силы акустического излучения для неинвазивной оценки сортов пищевода в недавно диагностированном циррозе, связанном с HCV

A New Sampling Method for Spleen Stiffness Measurement Based on Quantitative Acoustic Radiation Force Impulse Elastography for Noninvasive Assessment of Esophageal Varices in Newly Diagnosed HCV-Related Cirrhosis
Источник: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC3960519/

Академический редактор: Цин Хэ

В нашем исследовании мы оценили осуществимость нового метода выборки для измерения жесткости селезенки (SS) с помощью количественной импульсной эластографии синусоидальной силы (VTTQ). Мы измерили SS у 54 пациентов с циррозом, связанным с HCV, из которых 28 с варикозным расширением пищевода (EV), 27 с хроническим гепатитом C (CHC) F1-F3 и 63 здоровым контролем. VTTQ-SS была значительно выше среди пациентов с циррозом с EV (3,37 м / с) по сравнению с контрольной группой (2,19 м / с, Р <0,001), пациентов с ХГС (2,37 м / с, Р <0,001) и пациентов с циррозом без EV (2,7 м / с, P <0,001). Более того, VTTQ-SS был значительно выше среди пациентов с циррозом без EV по сравнению с обоими контрольными (P <0.001) и CHC (P <0,01). Оптимальное значение отсечки VTTQ-SS для прогнозирования EV составляло 3,1 м / с (AUROC = 0,96, чувствительность 96,4%, специфичность 88,5%, положительное прогностическое значение 90%, отрицательное прогностическое значение 96%, положительное отношение правдоподобия 8,36 и отрицательное значение правдоподобия отношение 0,04). В заключение, VTTQ-SS является перспективным неинвазивным и надежным диагностическим инструментом для скрининга пациентов с циррозом для EV и снижения потребности в эндоскопии верхних отделов желудочно-кишечного тракта. Используя наше значение отсечки 3,1 м / с, мы избегали эндоскопии примерно у 45% пациентов с циррозом при значительном сокращении времени и затрат.

Хроническая инфекция вируса гепатита С (HCV) представляет собой глобальную проблему со здоровьем, в которой 170 миллионов хронически инфицированных пациентов, риск развития цирроза в течение 20 лет оценивается примерно в 10-20% [1, 2]. Портальная гипертензия (PH) связана с наиболее серьезными осложнениями цирроза, такими как асцит, печеночная энцефалопатия и кровотечение из варикозных вен пищевода (EV). Гастроэзофагеальные варикозы присутствуют примерно у 50% пациентов с циррозом печени [3-5]. Наиболее точным методом оценки PH является измерение градиента давления в печени (HVPG). Было продемонстрировано, что значение HVPG выше 10 мм рт. Ст. Предсказывает наличие EV, а значение выше 12 мм рт.ст. является прогнозирующим для варикозного кровотечения [6]. Однако оценка HVPG является инвазивной процедурой, которая ограничена высоко специализированными центрами и опытными операторами.

Поскольку варикозное кровотечение является опасным для жизни, текущие рекомендации рекомендуют рутинную эндоскопию верхних отделов желудочно-кишечного тракта во время диагностики у всех пациентов с известным циррозом для скрининга и классификации EV. Эндоскопическая процедура должна позволять идентифицировать пациентов с высоким риском, требуя профилактического лечения неселективными бета-блокаторами. К сожалению, ряд причин может ограничивать универсальное распространение эндоскопического скрининга у пациентов с циррозом. Во-первых, универсальный эндоскопический скрининг является дорогостоящим, трудоемким и инвазивным [7]. Во-вторых, поскольку показатель распространенности средних / крупных варикозов (те, которые требуют быстрой идентификации) составляет приблизительно 15-25%, большинство субъектов, проходящих эндоскопический скрининг, либо не имеют EV, либо не нуждаются в какой-либо профилактической терапии. Кроме того, поскольку только 40% цирроза у ребенка-Пью класса A имеют EV по сравнению с 85% пациентов класса C Child-Pugh, представляется необходимым оперативно идентифицировать варикозный риск у более низкого цирротического населения класса Child-Pugh. Таким образом, было сделано много усилий для разработки неинвазивных методов суррогатного прогностического метода для быстрой идентификации пациентов с высоким риском переноса EV. Показано, что некоторые биохимические маркеры (показатель аспартатаминотрансферазы (AST) к показателю тромбоцитов) или смешанные индексы (тромбоциты, которые относятся к соотношению диаметров селезенки) частично коррелируют с наличием EV [8, 9]. Что касается методов визуализации, было высказано предположение, что сканирование магнитно-резонансной томографии и компьютерной томографии может устранить необходимость или частоту эндоскопического скрининга среди пациентов с циррозом [10, 11]. Недавно было показано, что ультразвуковая эпитаксия на основе количественной акустической радиационной силы (виртуальная квантовая квантовая плотность тканей (VTTQ)) позволяет точно оценивать фиброз печени путем измерения жесткости печени (LS) и может использоваться для мониторинга прогрессирования заболевания или прогнозирования развития связанных с печенью осложнения; степень фиброза печени также является прогностическим фактором развития гепатоцеллюлярной карциномы (HCC) [12]. Кроме того, было высказано предположение, что измерение жесткости селезенки (SS) VTTQ (VTTQ-SS) может прогнозировать присутствие EV [13-15]. Селезенка цирротических субъектов характеризуется не только пассивным скоплением, вызванным PH, но также увеличением фиброза, ангиогенезом и гиперактивацией селезеночного лимфоидного отделения [16, 17]. Эти изменения, которые ответственны за спленомегалию, могут увеличить SS и могут быть количественно оценены переходной эластографией [18] или самой VTTQ [13-15]. Тем не менее, нет данных о фактическом пространственном распределении селезеночной вязкоупругости при циррозе, а также стандартизованные модели были предложены для отбора проб селезенки VTTQ.

Целью настоящего исследования было сравнить значения SS цирротических субъектов (с и без EV), измеренных VTTQ, с результатами, полученными среди здоровых пациентов с HCV-ассоциированным хроническим гепатитом (стадии фиброза F1-F3),

для оценки надежности VTTQ-SS как суррогатного предиктора EV в когорте пациентов с недавно диагностированным циррозом, связанным с HCV.

В период с января 2009 года по январь 2011 года 73 последовательных пациента, которые были представлены в отделении амбулаторных инфекционных заболеваний больницы Гарибальди Несима в Катании, были недавно диагностированы как затронутые HCV-родственным циррозом печени и учтенные для регистрации в настоящем исследовании. На этом этапе диагноз основывался только на клинической, вирусологической и ультразвуковой оценке.

Впоследствии на протяжении 6-месячного клинического наблюдения 19 пациентов были исключены из исследования 17 из-за развития тяжелых осложнений, связанных с циррозом, или сопутствующих заболеваний (у 7 пациентов были гепатоцеллюлярная карцинома, 4 тяжелых сепсиса, 3 спонтанных бактериальных перитонита, 2 рака толстой кишки, и 1 рак легкого) и 2 из-за отказа войти в исследование.

Таким образом, 54 пациента были в конечном итоге зарегистрированы, 15 с диагнозом гистологически подтвержденного цирроза класса «ребенок-Пью» и 39 с клиническим диагнозом цирроза класса «ребенок-Пью». Ни у одного из пациентов не было сопутствующей коинфекции HBV и / или ВИЧ, ни у кого не было аутоиммунного или метаболического заболевания. Опрос по злоупотреблению алкоголем был исключен. К моменту начала исследования пациенты не подвергались лечению бета-блокаторами, диуретиками, антибиотиками, интерфероном или рибавирином. Более того, у пациента не было признаков сердечной или почечной недостаточности. Все пациенты подписали письменное информированное согласие до включения в исследование в соответствии с Хельсинкской декларацией. Пациентов просили скрыть свои клинические признаки у оператора ультразвука.

Каждому пациенту прошел последовательный двухдневный протокол. В первый день была проведена полная клиническая и биохимическая оценка. Затем пациенты были обследованы с VTTQ одним опытным оператором (LR), ослепленным биохимическими и клиническими данными, в частной амбулаторной клинике Ultrasuoni в Катании. На второй день все пациенты подверглись эндоскопии верхних отделов желудочно-кишечного тракта. Все эндоскопические оценки проводились одним оператором (слепым к биохимическим и эхографическим результатам) в больнице Гарибальди Несима в Катании.

Мы включили в исследование 27 субъектов с вирусологическим и гистологическим диагнозом хронического гепатита С (ХСН), сопоставимых по полу и возрасту с цирротической группой. Пациенты с коинфекцией HBV или ВИЧ, злоупотреблением алкоголем и лицами, находящимися под антивирусным лечением, были исключены из исследования. Письменное информированное согласие было получено от каждого субъекта при зачислении. Биохимические тесты и VTTQ были выполнены в тот же день.

63 здоровых взрослых добровольцев, соответствующих случаям по возрасту, полу и этнической группе, были отобраны в качестве контроля среди сотрудников нашего учреждения. Все они имели нормальные функции печени, отрицательные HBsAg, антитела к HCV, антитела к ВИЧ и нормальную абдоминальную УЗИ. Все испытуемые дали свое письменное информированное согласие до поступления в школу.

Стандартное ультразвуковое сканирование В-режима и количественная эластичность ARFI (VTTQ) выполнялись с использованием Siemens Acuson S2000 (Siemens AG, Erlangen, Germany) с 4Cl-преобразователем, как подробно описано в другом месте [12]. SS измеряли с помощью VTTQ только межреберным подходом. Обследованный пациент, постившийся не менее 12 часов, лежал в правом боковом разрезе. Преобразователь был перпендикулярен продольной оси селезенки, линия VTTQ ROI выровнена с осью преобразователя. VTTQ ROI, размером 10 мм в глубину и 5 мм в ширину, был размещен в 10 разных местах от верхнего до нижнего полюса селезенки. Для равномерного распределения селезенки мы провели стратифицированную случайную выборку. Переменные стратификации были (рис. 1) секцией, так как селезенка была разделена на три секции, поддиафрагмальные, промежуточные и каудальные, а измерения проводились по соответствующему диаметру толщины,

часть каждой секции (внешняя, центральная и внутренняя).

Субдиафрагмальная секция обеспечивала 4 измерения: 1 медиальный, 2 центральный, 1 боковой. В двух других разделах были представлены 3 измерения: 1 медиальный, 1 центральный и 1 боковой. Это было связано с тем, что субдиафрагмальный разрез был больше. Мы выбрали лучшее межреберье, чтобы максимизировать площадь поверхности каждой секции на фронтальной плоскости. На рисунке 2 представлен наш метод выборки. Затем мы рассчитали медианное значение 10 измерений.

Поскольку процедура могла опираться на некоторую степень субъективной интерпретации исследователем, мы провели предварительный двойной слепой эксперимент по 16 случайным образом выбранным пациентам среди тех, кто был дополнительно включен в исследование. Вкратце, пациенты были осмотрены на СС VTTQ, как описано выше двумя независимыми операторами в тот же день: один оператор (LR) был хорошо опытным эхографистом с долгосрочным (> 4 года) обучением по методике ARFI, а другой Оператор (МП) был молодым врачом, который получил предварительное 4-часовое обучение по процедуре ARFI.

Двадцать один случайный выбор пациентов среди тех, кто вошел в исследование, был снова вызван в амбулаторную клинику «Ultrasuoni» через четыре недели после первого обследования VTTQ-SS и представил новую оценку VTTQ-SS одним и тем же опытным оператором (LR). Оператор, который до сих пор не знал о клинических и эндоскопических данных, не смог получить доступ к предыдущим результатам ARFI.

Верхняя желудочно-кишечная эндоскопия проводилась с использованием гибкого видео-гастроскопа (Video Pentax Gastro).

EV были классифицированы следующим образом. 1-й класс: небольшие прямые варикоз;

Класс 2: увеличенные извилистые варикозы, занимающие менее одной трети просвета;

3-й класс: крупные варикозные валики, занимающие более одной трети просвета.

EV были также классифицированы на основе присутствия или отсутствия красных волдырей.

Статистический анализ выполнялся с использованием статистического программного обеспечения R и Graphpad Prism 4. Непрерывные переменные выражаются как медианный (межквартильный диапазон, IQR) и сравниваются непараметрическим критерием Крускала-Уоллиса. Категориальные переменные представлены как количество случаев (в процентах) и сравнивались по χ
2 или точным тестом Фишера, когда это необходимо. Корреляции между различными параметрами были проанализированы коэффициентами корреляции Спирмена. Модель логистической регрессии использовалась для оценки влияния СС, диаметра селезенки и количества тромбоцитов на присутствие EV.

Наилучшее значение отсечки для прогнозирования присутствия EV было определено индексом Колмогорова-Смирнова, т. Е. Естественным обобщением на непрерывный тест индекса Юдена для двоичного теста [19]. Кривые рабочей характеристики приемника (ROC) были созданы для оценки диагностических характеристик VTTQ-SS для обнаружения EV. ROC-кривая представляет собой чувствительность (Se), построенную по отношению к 1-специфичности (Sp) для всех возможных значений отсечки. Наиболее часто используемым индексом точности является область под кривой ROC (AUROC) со значениями, близкими к 1, что указывает на более высокую диагностическую точность. Наконец, мы рассчитали отношение правдоподобия (LR), и мы графически представили наши данные с номограммой Fagan, которая является графическим инструментом для оценки того, насколько результат диагностического теста изменяет вероятность того, что у пациента заболевание.

Коэффициент корреляции Пирсона использовался для оценки взаимообслуживания между собой; Метод Бланда-Альтмана использовался для оценки соответствия между измерениями VTTQ-SS, полученными двумя разными наблюдателями на тех же пациентах [20].

В таблице 1 показаны демографические, клинические, эхографические и эндоскопические характеристики 54 пациентов с циррозом, включенных в настоящее исследование.

После оценки верхней эндоскопии 48,2% пациентов с циррозом не показали EV, 20,4% имели показатель 1 класса, 20,4% — 2, а 11% имели 3-й класс. Красные волдыри наблюдались у 7,1% пациентов с ЭВ. Характеристики группы пациентов с циррозом с EV и без EV показаны в таблице 2. Количество тромбоцитов, уровни билирубина и диаметр селезенки при сонографии значительно различались между двумя группами (P <0,05).

Что касается пациентов с ХГС, то генотип HCV составлял 1a / b у 88% пациентов, 2 — у 3,7% и у 3 — у 7,4%. 29,6% из них имели фиброз F1, 40,8% — фиброз F2, а 29,6% — фиброз F3. Средний уровень HCV-РНК в плазме составил 3,77 ± 1,16 * 105 МЕ / мл.

Значения VTTQ-SS были выше у пациентов с циррозом с EV, по сравнению с цирротическими субъектами без EV, пациентов с ХГС и контролей, как показано на рисунке 3. Фактически, медианные значения жесткости селезенки были 2,19 (IKR 1,83-2,31) м / с для контролей, 2,37 (IQR 1,96-2,58) м / с для пациентов с ХГС, 2,7 (IQR 2,31-3,03) м / с для пациентов с циррозом без EV и 3,37 (IQR 3,21-3,62) м / с для пациентов с EV (Р <0,001 против контрольных, пациентов с ХГС и цирротических субъектов без EV). Более того, VTTQ-SS был значительно выше среди пациентов с циррозом без EV по сравнению с обоими контрольными (P <0.001) и CHC (P <0,01).

Чтобы оценить изменчивость, связанную с измерениями СС, мы разделили пациентов на 3 подгруппы в соответствии со средними значениями SS (SS <2 м / с, 2-3 м / с,> 3 м / с), и мы обнаружили, что IQR был значительно выше среди субъектов со средними значениями СС> 3 м / с по сравнению с теми, которые имеют SS ​​<2 м / с (Р <0,001) или от 2 до 3 м / с (Р <0,05). Аналогично, IQR был выше среди пациентов со средними значениями СС от 2 до 3 м / с, чем с средним значением SS <2 м / с (P <0,01) (рисунок 4).

Наилучшее значение отсечки VTTQ-SS для прогнозирования присутствия EV, как определено индексом Колмогорова-Смирнова, составляло 3,1 м / с. Точность диагностики (AUROC) для прогноза EV составила 0,959 (95% доверительный интервал (ДИ) 0,91-1), Se 96,4%, Sp 88,5%, положительное прогностическое значение (PPV) 90%, отрицательное прогностическое значение (NPV) 96 %, отношение положительного правдоподобия (PLR) 8,36 и отношение отрицательного правдоподобия (NLR) 0,04 (рисунок 5).

На рисунке 6 показано номографическое изображение для оценки вероятности посттестирования вероятности EV с вероятностью предварительного тестирования и отношением правдоподобия. Используя вероятность претеста 51,8% (общая распространенность EV в нашей когорте), вероятность posttest составляла 90%. При коэффициенте отрицательного правдоподобия 0,04 вероятность посттеста уменьшилась до 4%.

В нашей группе пациентов с циррозом СС, измеренная VTTQ, показала значительную отрицательную корреляцию с количеством тромбоцитов (r = -0.328, P = 0.015), но не с диаметром селезенки (r = 0.245, P = 0,073). Кроме того, мы обнаружили, что при использовании модели логистической регрессии было связано только с СС, но не диаметром селезенки и количеством тромбоцитов, с наличием EV (P = 0,005).

По методу Бланда-Альтмана не было существенной разницы между значениями VTTQ-SS у 16 ​​пациентов, полученными от двух разных сонографов (рис. 7). Среднее значение VTTQ-SS составляло 3,3 (IQR 2,7-3,65) м / с для экспертного оператора и 3,12 (IQR 2,48-3,56) м / с для начинающего оператора.

Аналогично, VTTQ-SS, оцененный 21 пациентом одним и тем же оператором в двух разных временных точках, существенно не отличался (2,97 (IQR 2,52-3,23) м / с для первого измерения против 2,66 (IQR 2,45-3,33) м / s для второго). Коэффициент корреляции Пирсона составлял 0,933 (0,84-0,97).

PH является общим следствием хронических заболеваний печени, что приводит к образованию варикозных вен пищевода и желудка и других тяжелых осложнений, таких как портосистемная энцефалопатия и сепсис [3, 4]. HPVG считается золотым стандартом для оценки PH и лучшим суррогатным показателем прогноза у пациентов с циррозом [5]. К сожалению, это инвазивная и дорогостоящая процедура, которая обычно не доступна в клинической практике. В соответствии с действующими рекомендациями [6], верхняя желудочно-кишечная эндоскопия рекомендуется для обнаружения EV и оценки риска кровотечения. Однако, учитывая инвазивность и затраты на оба типа исследований, существует настоятельная необходимость в новых неинвазивных суррогатных маркерах. В настоящем исследовании VTTQ-SS характеризовался высокой диагностической точностью для прогнозирования EV у пациентов с циррозом, независимо от связанных параметров, таких как диаметр селезенки и количество тромбоцитов. В частности, селезеночный VTTQ показал отличную чувствительность (96%) и специфичность (88%) и 96% отрицательную прогностическую ценность. Важное значение, применяя значение отсечки 3,1 м / с для всей популяции пациентов с циррозом, мы могли бы избежать эндоскопии примерно у 45% из них. Наше исследование показывает, что VTTQ-SS способен идентифицировать среди пациентов с циррозом тех, кто может задержать начало эндоскопического наблюдения, поскольку имеет низкую вероятность наличия EV. Фактически, по нашему опыту, значение отсечки <3,1 м / с позволило точно исключить присутствие EV, поддерживая возможность резервирования эндоскопии верхних отделов желудочно-кишечного тракта только пациентам с SS> 3,1 м / с.

До сих пор лишь в нескольких отчетах была оценена возможность использования эластографии ARFI селезенки в качестве неинвазивного диагностического инструмента для присутствия EV [13-15, 21, 22]. В соответствии с нашими наблюдениями, Ye et al. описали значительную линейную корреляцию между SS и варикозным разрядом в когорте пациентов с хроническим гепатитом B, составляя 3,16 м / с, оптимальное обрезание, установленное авторами для прогнозирования наличия EV (Se 84,1%, Sp 81%), [21]. В недавно опубликованной работе Takuma et al. [15], показатель отсечки 3,18 м / с был способен идентифицировать пациентов с циррозом с EV с 98,4% отрицательной прогностической величиной, Se 98,5% и Sp 60,1%; отсечение 3,3 м / с было использовано для исключения наличия варикозов высокого риска. Аналогично, Bota et al. обнаружили, что SS и LS значительно выше в когорте новообразованных пациентов со степенью 2-3 EV по сравнению с теми, которые имеют уровень 0-1 EV. Их отсечение для прогнозирования уровня 2-3 EV составляло> 2,55 м / с (AUROC 0,578, Se 96,7% и Sp 47,6%), и авторы разработали новый балл, включая LS, SS, и наличие асцита для прогнозирования наличие значительного EV (AUROC 0,721, точность 69,6%), что было намного лучше, чем только LS и SS [13]. Эти результаты контрастируют с предыдущим исследованием той же группы, где авторы не смогли обнаружить каких-либо существенных различий в средних значениях СС между цирротическими пациентами с EV и без него [22].

По сравнению с предыдущими отчетами, наше исследование показало более высокую диагностическую эффективность VTTQ при прогнозировании EV. Возможным объяснением является систематическая и обширная выборка селезенки, которая, возможно, могла адекватно представлять гетерогенность распределения SS. Bota et al. [13] провели измерения на 1-2 см под капсулой, что может не адекватно представлять всю паренхиму селезенки. Аналогично, Ye et al. [21] измеряли SS в средней части селезенки и на 1-2 см ниже селезеночной капсулы, хотя их отсечение для прогнозирования EV было довольно близко к нашему (3,16 м / с).

В исследовании Takuma et al. [15], SS измеряли на 1 см ниже капсулы селезенки; опять же, хотя их отсечение (3,18 м / с) существенно не отличалось от нашего, следует отметить, что их метод отбора образцов отличается от метода, предложенного в настоящем исследовании, поскольку они приняли только пять действительных измерений для каждого пациента, исключая от дальнейшего анализа любое значение SS с коэффициентом IQR до медианного значения больше 30% или коэффициент успеха менее 60%. Авторы не сообщили количество исключенных измерений. Более того, этот подход не систематически оценивал пространственное распределение вязкоупругости селезенки и вводит субъективный критерий при выборе действительных измерений. Напротив, мы интенсивно измеряли SS во всей паренхиме селезенки, чтобы оценить изменчивость СС и получить репрезентативную выборку селезенки. Кроме того, наш метод продемонстрировал отличную воспроизводимость, которую оценивали по данным о меж- и внутрисобственническом соглашении. Фактически никаких существенных различий в значениях VTTQ-SS не было обнаружено между экспертным оператором и новичком, что свидетельствует о том, что VTTQ-SS легко выполнять и не требует специального обучения.

У нашего исследования есть некоторые ограничения. Во-первых, это было сделано по относительно небольшому числу предметов. Во-вторых, только у немногих пациентов был большой EV, поэтому мы не смогли определить значение отсечки для крупных варикозов. Тем не менее, наши предварительные данные, по-видимому, предполагают, что VTTQ будет работать намного лучше и безопаснее при выборе пациентов с циррозом для эндоскопического скрининга, а не для выявления высокорисковых крупноразмерных варикозов. Наконец, в этом предварительном исследовании мы намеренно отказались оценивать LS, но было бы целесообразно провести дальнейшие исследования для оценки LS и SS для проверки комбинированного алгоритма, предложенного Bota et al. [13] и установить точность как LS, так и SS для прогнозирования развития HCC у пациентов с хроническим гепатитом [23-26]. Наши результаты требуют дальнейшего применения либо путем измерения HPVG, либо путем обширной внутренней и внешней проверки, включая пациентов с циррозом различной этиологии.

В заключение, наше исследование показывает, что VTTQ-SS может представлять собой простой в использовании, неинвазивный, воспроизводимый диагностический инструмент, который может быть выполнен в целом с помощью обычного эхографического обследования у пациентов с циррозом, чтобы ограничить и / или задержать показания эндоскопического скрининга для EV среди пациентов с циррозом, связанным с HCV. Для подтверждения наших данных необходимы дальнейшие продольные исследования.

Авторы заявляют, что не существует конфликта интересов в отношении публикации этого документа.

Сайты для измерения жесткости селезенки с помощью количественной систолической импульсной эластографии (VTTQ). Секция черепа: 1: внешняя, 2 и 3: центральная и 4: внутренняя; промежуточная секция: 5: внешняя, 6: центральная и 7: внутренняя; хвостовая часть: 8: внешняя, 9: центральная и 10: внутренняя.

Краткое изложение мест отбора проб селезенки с помощью импульсной эластографии с количественной акустической излучательной силой (VTTQ).

Распространение средних значений жесткости селезенки, измеренных с помощью импульсной эластографии количественной акустической радиационной силы (VTTQ) среди здоровых органов управления, пациентов с ХГС и пациентов с циррозом с варикозным расширением пищевода или без него (EV). По сравнению с контрольной группой (2,19 м / с, Р <0,001), у пациентов с ХСН (2,37 м / с, Р <0,001) и у пациентов с циррозом у пациентов с циррозом (3,37 м / с) без EV (2,7 м / с, P <0,001). Кроме того, СС была значительно выше среди пациентов с циррозом без EV по сравнению с контрольной группой (P <0,001) и пациентами с ХГС (P <0,01).

Оценка вариабельности межквартильного диапазона (IQR) в соответствии с медианными значениями жесткости селезенки (SS). IQR был значительно выше среди субъектов с медианными значениями СС> 3 м / с по сравнению с теми, у которых SS <2 м / с (Р <0,001) или между 2 и 3 м / с (Р <0,05). Аналогично, IQR был выше среди субъектов с средними значениями СС от 2 до 3 м / с, чем с средним значением SS <2 м / с (P <0,01).

Характеристика рабочей характеристики приемника (ROC) жесткости селезенки, измеренная с помощью количественной импульсной эластографии синусоидальной силы (VTTQ) для прогнозирования варикоза пищевода. AUROC: площадь под кривой ROC; CI: доверительный интервал; NLR: отношение отрицательного правдоподобия; NPV: отрицательное прогностическое значение; PLR: коэффициент положительного правдоподобия; PPV: положительное прогностическое значение.

Номограмма Фагана для варикоз пищевода (EV). Используя вероятность претеста EV на 51,8% (общая распространенность в нашей когорте), задняя вероятность наличия EV составляла 90%. LR: отношение правдоподобия; Предварительная проверка: предварительная (предварительная) вероятность; Задняя крышка: задняя вероятность.

Согласование данных количественной акустической радиационной силовой импульсной эластографии (VTTQ), полученных двумя разными наблюдателями по методу Бланда-Альтмана.

Демографические, клинические, эхографические и эндоскопические характеристики 54 пациентов с циррозом, связанным с HCV.

* Данные представлены как N (%) ** Данные представлены как медиана (IQR) ● Данные представлены как среднее ± стандартное отклонение.

АСТ: аспартатаминотрансфераза; ALT: аланинаминотрансфераза; IQR: межквартильный диапазон.

Характеристики пациентов с циррозом с варикозом пищевода (EV) по сравнению с пациентами с циррозом без EV по критерию Крускала-Уоллиса.

* Данные представлены как N (%) ** Данные представлены как медиана (IQR) ● Данные представлены как среднее ± стандартное отклонение *** P <0,05.

АСТ: аспартатаминотрансфераза; ALT: аланинаминотрансфераза; IQR: межквартильный диапазон.

Комментариев нет.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *