Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Долгосрочное воздействие загрязнения окружающей среды и заболеваемости цереброваскулярными событиями: результаты 11 европейских когорт в рамках проекта ESCAPE

Long-Term Exposure to Ambient Air Pollution and Incidence of Cerebrovascular Events: Results from 11 European Cohorts within the ESCAPE Project
Источник: https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC4153743/

Справочная информация. В немногих исследованиях изучалось влияние загрязнения воздуха на заболеваемость цереброваскулярными событиями.

Цели: Мы оценили связь между долгосрочным воздействием многочисленных загрязнителей воздуха и частотой инсульта в европейских когортах.

Методы. Были собраны данные из 11 когорт, и было оценено появление первого удара. Индивидуальные оценки загрязнения воздуха были предсказаны на основе моделей регрессии землепользования, разработанных в рамках Европейского исследования когорт по воздействию загрязнения воздуха (ESCAPE). Воздействие было следующим: ТЧ2.5 [твердые частицы (мкм) ≤ 2,5 мкм в диаметре], крупный ТЧ (ТЧ от 2,5 до 10 мкм), ПМ10 (ТЧ ≤ 10 мкм), поглощение ТЧ2,5, оксиды азота и два потока показатели. Когорт-специфические анализы проводились с использованием моделей пропорциональной опасности Кокса. Для оценки объединенного эффекта использовался метаанализ случайных эффектов.

Результаты: Всего было включено 99 446 участников исследования, из них 3086 из них развили инсульт. Увеличение ежегодного воздействия ТЧ2,5 на 5 мкг / м3 связано с 19% -ным увеличением риска падающего удара [коэффициент риска (HR) = 1,19, 95% ДИ: 0,88, 1,62]. Аналогичные результаты были получены для ТЧ10. Результаты были надежными для корректировки обширного списка факторов риска сердечно-сосудистых заболеваний и совместного воздействия шума. Связь с ТЧ2.5 была очевидна среди тех, кто в возрасте 60 лет (HR = 1,40, 95% ДИ: 1,05, 1,87) среди некурящих (HR = 1,74, 95% ДИ: 1,06, 2,88), а среди участников с экспозицией PM2.5 <25 мкг / м3 (HR = 1,33, 95% ДИ 1,01, 1,77).

Выводы. Мы обнаружили наводящие данные о связи между мелкодисперсными частицами и частотой цереброваскулярных событий в Европе даже при более низких концентрациях, чем установлено текущим значением предела качества воздуха.

Образец цитирования: Stafoggia М, Cesaroni G, Петерс А, Андерсен ZJ, Badaloní С, Беелен R, Карачиоло В, Cyrys Дж, де Faire U, де Hoogh К, Эриксен КТ, Fratiglioni л, Галасси С, Гигантские В, Havulinna А.С., Генниг F, Хилдинг А, Хоек G, Хоффман В, Houthuijs Д, Korek М, Lanki Т, Линдер К, Магнуссон ПК, Meisinger С, лучше Е, Overvad К, Ostenson CG, Педерсен Н. Л., Пекканен Дж, Penell Дж, Pershagen G, Pundt Н, Pyko А, Raaschou-Нильсен О, Ранци А, Риччери F, C Priest, WJ Сворт, Турунен AW, Vineis Р, Веймар С, Weinmayr G, Вольф К, Brunekreef В, Forastiere Ф. 2014. Длительное воздействие для окружающей среды загрязнения воздуха и частоты цереброваскулярных событий: результаты 11 европейских когорт в рамках проекта ESCAPE. Environ Health Perspect 122: 919-925; http://dx.doi.org/10.1289/ehp.1307301

Стандарты качества воздуха находятся в стадии пересмотра в Европе, и новая политика исходит от Европейского парламента. В рамках этого процесса Европейский союз (ЕС) указал на ряд конкретных вопросов, вызывающих озабоченность, при рассмотрении хронических последствий долгосрочного воздействия загрязнения атмосферного воздуха, особенно воздействия тонкодисперсных частиц (ТЧ с аэродинамическим диаметром ≤ 2,5 мкм; PM2.5) по сердечно-сосудистым и респираторным заболеваниям в Европе.

Существенные доказательства крупных исследований, проведенных в Соединенных Штатах (Krewski et al., 2009; Laden et al., 2006; Miller et al., 2007) и Канады (Crouse et al., 2012), зафиксировали влияние мелких частиц на естественную и сердечно-легочную смертность, первичные конечные точки. В Европе было проведено ограниченное число исследований (Andersen et al., 2012; Atkinson et al., 2013; Brunekreef et al., 2009; Filleul et al., 2005; Gehring et al., 2006), большинство из которых включают только одну когорту из единую страну и фокусируясь на пространственных контрастах внутрикожного пространства, а не на различиях во всех областях исследования. Поэтому неясно, в какой степени результаты могут быть обобщены в других областях Европы. В последние годы были также предприняты некоторые попытки изучить взаимосвязь между долгосрочным воздействием загрязнения воздуха и распространенностью цереброваскулярных заболеваний, предоставляя противоречивые доказательства (Andersen et al., 2012; Atkinson et al., 2013; Krewski et al., 2009; Miller et al., 2007). Недавно Маатен и Брук (2011) указали, что отношения «заслуживают дальнейшего внимания к глобальным исследованиям и программам государственной политики».

Биологические механизмы, связывающие долгосрочное загрязнение воздуха от хронического повреждения сердечно-сосудистой системы, могут включать эндотелиальную дисфункцию и вазоконстрикцию, повышенное кровяное давление, протромботические и коагулянтные изменения, системные воспалительные и окислительные стрессовые реакции, вегетативный дисбаланс и аритмии и прогрессирование атеросклероза. На этих основаниях Американская кардиологическая ассоциация выступила с научным заявлением, в котором говорится, что общие данные согласуются с тем, что ПМ играет причинную роль в заболеваемости и смертности сердца (Brook et al., 2010). Для цереброваскулярных заболеваний в нескольких исследованиях указывалось влияние кратковременных воздействий, потенциально ведущих к ишемическому инсульту (O’Donnell et al., 2011; Wellenius et al., 2012). Однако данные о связи между долгосрочным воздействием загрязнения воздуха и цереброваскулярными событиями менее развиты.

Проект европейского исследования когорт для борьбы с загрязнением воздуха (ESCAPE) был разработан для оценки долгосрочного воздействия на население загрязнения воздуха и изучения взаимосвязей и пороговых значений воздействия и порога для ряда неблагоприятных последствий для здоровья (ESCAPE 2007). Наша цель состояла в том, чтобы оценить связь между долгосрочным воздействием загрязнения окружающей среды, особенно массой PM, углеродом черного и оксидами азота, а также частотой инсульта в 11 европейских когортах. Недавно был опубликован сопутствующий документ, посвященный инцидентам коронарного характера (Cesaroni et al., 2014).

Изучайте население. Индивидуальные данные были собраны для 11 существующих когортных исследований из Финляндии, Швеции, Дании, Германии и Италии. Лица были зачислены в разные периоды, начиная с 1992 года и до 2007 года, и соблюдались до миграции, смерти или возникновения результатов исследования до 2006-2010 годов. Исходные индивидуальные данные включали социально-демографические характеристики (возраст, пол, семейное положение, образование, профессия), переменные образа жизни (курение, интенсивность и продолжительность курения, физическая активность, потребление алкоголя), физиологические показатели [индекс массы тела (ИМТ), уровень холестерина] , хронические состояния (диабет, гипертония) и моделирование воздействия шума дорожного движения по месту жительства. Кроме того, для каждой когорты были собраны различные социально-экономические переменные на уровне района. Наконец, если область исследования включала различные степени урбанизации, для характеристики каждого жилого адреса использовался двоичный «сельский» индикатор. (Более подробно см. Дополнительный материал, Таблица S1.)

Первоначальные когортные исследования были одобрены соответствующими институциональными комитетами по медицинской этике и проводились в соответствии с Хельсинкской декларацией (http://www.wma.net/en/30publications/10policies/b3/). Каждое когортное исследование соответствовало правилам этики и защиты данных, установленным в стране, в которой они были основаны.

Определение результата. Идентификация первых цереброваскулярных событий во время наблюдения осуществлялась путем собеседования, проверки медицинских записей и свидетельств о смерти, или путем записи связей с реестрами смертности и базами данных о выписке из больницы. Превалирующие случаи либо коронарных, либо цереброваскулярных заболеваний на исходном уровне были исключены. Методы определения и определения распространенных случаев различались между когортами, как указано в дополнительном материале («Методы», стр. 3-13).

Оценка воздействия. Долгосрочное воздействие загрязнителей окружающего воздуха на адрес проживания каждого человека оценивалось по трехэтапной процедуре. Во-первых, с октября 2008 года по апрель 2011 года с использованием стандартизованных протоколов измерялись PM2.5, поглощение PM2.5, PM10 (аэродинамический диаметр ≤ 10 мкм), диоксид азота (NO2) и оксиды азота (NOx) (Cyrys et al., 2012; Eeftens et al., 2012b). Грубый PM был рассчитан как разница между PM10 и PM2.5. Во-вторых, модели регрессии землепользования (ЛУР) были разработаны для каждой исследуемой области и загрязняющих веществ (Beelen et al., 2013, Eeftens et al., 2012a). В-третьих, индивидуальные ежегодные экспозиции были предсказаны с использованием этих моделей. Кроме того, были рассчитаны интенсивность трафика на ближайшей дороге (транспортные средства в день) и транспортная нагрузка на основные дороги в пределах 100-метрового буфера (продукт интенсивности движения и длина дорог, пересекающих буфер). Шумовое воздействие оценивалось локально, вычисляя эквивалентный уровень шума в дневное время вечером (Lden) для наиболее экспонированного фасада жилья (см. «Дополнительный материал», «Методы», стр. 3-13).

Статистический анализ. Мы провели анализы с использованием двухэтапного подхода с когорт-специфическими анализами на первом этапе и метаанализом случайных эффектов во втором.

На первом этапе мы применили модели регрессии пропорциональных рисков Кокса в каждой когорте с возрастом как основной переменной времени. Все анализы проводились с использованием общего статистического протокола и STATA-скрипта (программное обеспечение Stata, версия 11, StataCorp, College Station, TX, США). Мы определили модели адаптации априори. Мы использовали три степени корректировки: а) оценки, скорректированные только для пола и календарного года регистрации (модель 1); b) корректировка общего набора потенциальных индивидуальных факторов: пола, календарного года, семейного положения, образования, профессионального статуса, статуса курения, продолжительности курения среди курильщиков и интенсивности курения среди нынешних курильщиков (модель 2); и c) корректировка для общего набора смешения на уровне отдельных лиц (модель 2) плюс одна социально-экономическая переменная, относящаяся к конкретной группе (модель 3, также называемая «основной» моделью). Все факторы были исходными и были включены как фиксированные ковариаты в регрессионные модели. Во всех анализах были включены только участники исследования, не имеющие недостающей информации из любого из факторов и факторов, влияющих на основную модель.

Мы провели ряд дополнительных анализов в каждой когорте:

Мы рассмотрели потенциальный эффект из-за отсутствия корректировки соответствующих сердечно-сосудистых факторов риска. С этой целью: а) мы скорректировали только промежуточные переменные (диабет и гипертония, доступные во всех когортах); б) мы скорректированы для сердечно-сосудистых раскольников, доступных в большинстве когорт (физическая активность, потребление алкоголя и ИМТ (доступно в восьми когортах)]; и c) мы добавили уровень холестерина (доступный в четырех когортах).

Мы добавили «сельский» показатель в основную модель, чтобы лучше учитывать разную степень урбанизации в исследуемых районах.

Мы оценили потенциальное смешение шумом.

Мы ограничили анализ людьми, которые никогда не меняли адрес во время наблюдения.

Мы провели диагностические инструменты для проверки предположения о пропорциональности (PH) для категориальных предикторов в основной модели и стратифицировали модель Кокса для предсказателей, которые не соответствовали предположению PH.

Мы оценили потенциал пространственной кластеризации, выполнив модели «хрупкости» (Jerrett et al., 2003).

Мы оценили устойчивость результатов, исключив наиболее влиятельную когорту [когорту, рак и здоровье когорты (DCH)] и стратифицируя когорты по результатам модели LUR, выбирая точку отсечения 0,6 для отпуска — коэффициент кросс-валидации (LOOCV) R2 (Eeftens et al., 2012a).

Затем мы оценили ряд индивидуальных характеристик, рассмотренных априори как модификаторы потенциального эффекта: пол, возраст во время наблюдения (<60 лет, 60-74 года, ≥ 75 лет), образование, статус курения, индекс массы тела (<25 кг / м2, 25-29 кг / м2, ≥ 30 кг / м2), предыдущий диабет или гипертония, а также проживание в сельской / городской местности.

Наконец, мы изучили в каждой когорте форму зависимости между каждой экспозицией и результатами исследования: а) вводя термин экспозиции в виде естественного кубического сплайна с тремя одинаково расположенными внутренними узлами и сравнивая модельное соответствие линейного и сплайнового модели, по критерию соотношения правдоподобия; и б) внедрение «пороговых моделей», в которых пороговые концентрации были определены априорно для каждой экспозиции, а модели, ориентированные на когорты, выполнялись только по наблюдениям с прогнозируемыми экспозициями ниже каждого порога в свою очередь.

На втором этапе анализа мы объединили результаты, характерные для когорт, методом метаанализа случайных эффектов (DerSimonian and Laird, 1986). Мы оценивали наличие гетерогенности в результатах, специфичных для когорты, путем применения теста хи-квадрат из Q-статистики Кокрана, который затем определяли количественно путем вычисления статистики I2 (Higgins and Thompson 2002). Мы рассмотрели, что оценки эффективности когортных зависимостей были значительно гетерогенными, когда I2 составлял> 50%, или p-значение теста хи-квадрат составляло <0,05. Наконец, мы проверили наличие модификации эффекта по стратам каждого модификатора путем метаанализа объединенных оценок из разных слоев и выполнения критерия хи-квадрат неоднородности. Мы полагали, что оценки эффектов, связанных с отдельными стратами, существенно различаются, когда p-значение теста хи-квадрата <0,10.

Мы выражали все результаты в виде коэффициентов риска (HR) и 95% доверительных интервалов (CI) по отношению к фиксированным приращениям при каждой экспозиции, определялись априори: 5 мкг / м3 для ТЧ2,5 и крупного ПМ, 10 мкг / м3 для ТЧ10 и NO2, 20 мкг / м3 для NOx, 10-5 / м для поглощения PM2,5, 5000 автомобилей / день для интенсивности движения на ближайшей дороге и 4 000 000 автомобилей × метров в день.

Все первые и мета-анализы были пригодны с использованием программного обеспечения Stata версии 11 (StataCorp). Модели мошенничества и сплайнов были пригодны с использованием программного обеспечения R, версия 2.15.0 (R Project for Statistics Computing, http://R-project.org).

В исследовании участвовало 111 931 человек. После исключения распространенных случаев и участников с отсутствующим воздействием осталось 105 025 участников. Однако 5 579 участников не имели информации о какой-либо из переменных в основной модели; поэтому в анализы было включено 99 446 участников (88,8% от первоначальной популяции исследователей и 92,4% от первоначальных когорт после исключения распространенных случаев), что обеспечило ≥ 1 млн человеко-лет наблюдения. Во время наблюдения было зарегистрировано 3,086 случаев инсульта. Большинство случаев инсульта с определенной этиологией кодировались как ишемический инсульт; однако 43% всех случаев были неопределенными, что исключало возможность анализа отдельных типов инсульта отдельно. Базовое распределение по возрасту было неоднородным среди когорт, со средними значениями от 44 лет (две итальянские когорты) до 74 лет (шведская когорта), тогда как секс, образование и занятие имели меньшую изменчивость. Процент текущих курильщиков на исходном уровне был самым высоким в южной Европе и самым низким в Швеции и Германии (Таблица 1). Сравнение изученной популяции до и после исключения участников с отсутствующими данными об участниках не выявило различий в отношении воздействия загрязнения воздуха (т. Е. PM2.5) и возникновения результатов исследования.

Исследовательская популяция: индивидуальные базовые характеристики, 11 когорт.

Карта областей исследования и дальнейшая информация о характеристиках отдельных и районных уровней доступны в дополнительном материале, рисунке S1 и таблице S1. Уровни и диапазоны экспозиции, как правило, были выше в Италии, чем в других областях (таблица 2). Более подробная информация об экспозициях загрязнения воздуха приведена в дополнительном материале, таблицах S2 и S3.

Исследовательская популяция: воздействие на окружающую среду по адресу проживания, 11 когорт.

В таблице 3 показаны HR (95% ДИ) из моделей 1, 2 и 3 (основная модель) для всех загрязняющих веществ и переменных трафика. Оценки были самыми высокими в первой модели и были значительно гетерогенными для большинства воздействий. Оценки и неоднородность уменьшались при корректировке для общего набора помех на уровне отдельных и на уровне областей, однако гетерогенность оставалась в основной модели для ТЧ2.5. Ни одна из ассоциаций не была статистически значимой. Наибольшая оценка была обнаружена при ТЧ2,5: увеличение ПМ2,5 на 5 мкг / м3 было связано с увеличением риска падающего удара на 19% (HR = 1,19, 95% ДИ: 0,88, 1,62, I2 = 49%) , Результаты PM2.5 и PM10 для когорты и объединенные результаты представлены в дополнительном материале, рис. S2.

Ассоциация между воздействиями загрязнения воздуха и заболеваемости инсультами в 11 когортных группах.

Основные результаты PM2.5 были надежными для смешивания корректировки и спецификации модели, как это было найдено в обширном анализе чувствительности (таблица 4). Не было никаких соответствующих отклонений от результатов основной модели после корректировки промежуточных переменных, дополнительных факторов риска сердечно-сосудистых заболеваний и «сельского» показателя или совместного воздействия шума или когда стратифицированные модели Кокса были реализованы на предикторах, которые не соответствовали предположению PH. Кроме того, результаты не изменились, когда пространственная автокорреляция учитывалась моделями «хрупкости» (данные не показаны). Мы обнаружили заметные различия в ассоциациях PM2.5 с падением инсульта в зависимости от точности когорт-специфических моделей LUR при прогнозировании индивидуального ТЧ2.5 со значительной оценкой в ​​шести когортах с коэффициентами LOOCV R2> 0,6 (HR = 1,75; 95% ДИ: 1,30, 2,35) и отсутствие связи в других пяти когортах (HR = 0,89; 95% ДИ: 0,70, 1,13).

Ассоциация между воздействием РМ2,5 и частотой инсульта в 11 когортных группах: результаты анализа чувствительности.

Результаты анализа модификации эффекта представлены на рисунке 1 вместе с p-значениями для неоднородности по объеденным стратовым оценкам. Было высказано предположение о модификации эффекта по возрасту (p = 0,09) с нулевым эффектом при <60 лет (563 случая: HR = 0,81, 95% ДИ: 0,81, 1,18) и более высокие эффекты в 60- 74-летнем (1,960 случаев, HR = 1,22, 95% ДИ: 0,93, 1,61) и ≥ 75 лет (563 случая, HR = 1,62, 95% ДИ: 0,91, 2,90). Соотношение риска для тех, кто ≥ 60 лет, составляло 1,40 (95% ДИ: 1,05, 1,87) с небольшим подтверждением неоднородности в когорт-специфических оценках (I2 = 25,8%, птерогенности = 0,20, данные не показаны). У курильщиков, не имеющих курения, была значительно более высокая оценка ТЧ2.5 по поводу риска падающего удара, с повышенным риском 74% (HR = 1,74, 95% ДИ: 1,06, 2,88).

Ассоциация между воздействием РМ2,5 и частотой инсульта в 11 исследуемых когортах: результаты анализа модификации эффекта. Значения HR и 95% ДИ на 5 мкг / м3 увеличиваются в ТЧ2.5. p-Значения модификации эффекта (справа) были рассчитаны как тесты гетерогенности среди коэффициентов в разных слоях модификаторов эффектов.

Результаты пороговых моделей приведены в таблице 5. Мы выбрали три порога воздействия априори: 25 мкг / м3 (текущее значение предела качества воздуха для среднегодовой концентрации PM2,5 в Европе), 20 мкг / м3 и 15 мкг / м3. Связь между ТЧ2,5 <20 мкг / м3 и падением инсульта была высокой и пограничной значимой (HR = 1,29; 95% ДИ: 1,00, 1,68) для девяти когорт с особями ниже таких концентраций. Для семи когорт с концентрацией ТЧ2,5 ниже всех выбранных порогов был увеличен риск падающего удара на 33% (HR = 1,33, 95% ДИ: 1,01, 1,77) для каждого 5 мкг / м3 увеличения ТЧ2,5 , Сравнение линейных и сплайновых моделей показало, что линейная форма функции концентрации-отклика является хорошим приближением для большинства когорт (данные не показаны).

Ассоциация между воздействием РМ2,5 и частотой инсульта в подмножествах 11 когорт в исследовании: результаты порогового анализа.

В этом первом многоцентровом европейском исследовании, посвященном долгосрочному воздействию загрязнения атмосферного воздуха и заболеваемости инсультом, мы обнаружили наводящие данные о связи между воздействием ТЧ2,5 и частотой инсульта, хотя основная оценка не достигла статистической значимости. Результаты были надежными для смешивания настроек и спецификации модели. Более сильные ассоциации оценивались среди участников ≥ 60 лет, никогда не курили, и когда все участники, подвергшиеся воздействию концентраций ТЧ2,5> 20 мкг / м3, были удалены из анализа.

Большинство данных о влиянии загрязнения воздуха на инсульт происходит из временных рядов исследований смертности от мозгового кровообращения или инсульта (Maynard et al., 2007; O’Donnell et al., 2011; Wellenius et al., 2012). Данные предыдущих исследований о долгосрочных эффектах противоречат друг другу (Maaten and Brook 2011). Исследовательское когортное исследование по проблемам здоровья женщин (Miller et al., 2007) выявило 28% -ный повышенный риск развития инсульта у женщин (HR = 1,28, 95% ДИ: 1,02, 1,61) на 10 мкг / м3 в ТЧ2,5, что аналогична оценке настоящего исследования, 38% избыточного риска для 10 мкг / м3 ПМ2,5 приращений. Напротив, предыдущие анализы когорты Американского онкологического общества (Krewski et al., 2009) и норвежской когорты (Nafstad et al., 2004) не смогли определить влияние загрязнения воздуха на смертность от инсульта. В последнее время большое проспективное исследование, проведенное в когорте DCH (что также способствует настоящему анализу), выявило пограничную значимую связь между NO2 и падением инсульта (HR = 1,05, 95% ДИ 0,99, 1,11, на 5,7 мкг / м3 увеличение NO2) (Andersen et al., 2012). В настоящем исследовании не было никакой связи между долгосрочным воздействием NO2 и падением инсульта в когорте DCH. Следует учитывать, что существуют различия в результатах, полученных от когорты DCH: во-первых, вся группа, включая два крупнейших города в Дании, Орхусе и Копенгагене, внесла свой вклад в предыдущий анализ, в общей сложности 52 215 участников, тогда как только Копенгагенская часть когорты была включена в настоящее исследование (36 215 участников); во-вторых, оценка воздействия была иной, поскольку в первом анализе использовалась дисперсионная модель, при которой воздействие NO2 оценивалось вплоть до 1971 года, а среднее значение с 1971 года до конца последующего наблюдения использовалось. Недавнее исследование в Соединенном Королевстве не обнаружило никакой связи между долгосрочным воздействием загрязнения воздуха и частотой инсульта (Atkinson et al., 2013).

Мы отметили значительную гетерогенность оценок ассоциаций для большинства воздействий. За исключением когорты KORA (Немецкие совместные исследования в области здравоохранения в регионе Аугсбург), у всех младших когорт были точечные оценки для HR, хотя и незначительные, ≤ 1. Когда мы ограничили популяцию исследования теми, кто старше 60 лет, в свете результатов анализа изменений эффекта, предполагающих, что самый низкий риск для тех <60 лет и самый высокий для тех> 74 лет, мы обнаружили, что гетерогенность была уменьшена (от I2 = 49,2%, pheterogeneity = 0,032 для все возрасты, до I2 = 25,8%, pheterogeneity = 0,20), и повышенный относительный риск был пограничным статистически значимым. Поэтому различный возрастный состав когорт, по-видимому, является наиболее правдоподобной интерпретацией для гетерогенности. Однако следует учитывать, что существует корреляция между возрастом и различными характеристиками когорт (распространенность курения, качество моделей ЛУР, уровни воздействия загрязнения воздуха и качество оценки результатов) с более старыми когортами, имеющими более низкие показатели курения , более высокие коэффициенты LUR LOOCV R2, более низкие уровни PM2.5 и установление инсульта на основе экспертного обзора медицинской документации в дополнение к базам данных о смертности и госпитализации. Поэтому вполне вероятно, что любая комбинация этих факторов, а не только возраста, могла быть ответственна за гетерогенность в ассоциациях между когортами, которые мы обнаружили. Кроме того, это наиболее вероятное объяснение более сильных ассоциаций при более низких уровнях облучения (<20 мкг / м3 ПМ2,5), для когорт с самыми высокими коэффициентами LOOCV R2, более точное определение случая и для результата среди никогда не курящих ,

В любом случае результат для курильщиков невозможен, поскольку он указывает на ограниченную возможность остаточного смешения от курения и что относительный эффект загрязнения атмосферного воздуха на частоту инсульта легче обнаруживается при отсутствии сильного фактора риска развития инсульта, как активное курение.

Следует упомянуть несколько ограничений настоящего исследования. Во-первых, кампании по измерению загрязнения воздуха были проведены в период с 2008 по 2011 год после периода наблюдения большинства когорт (Cyrys et al., 2012; Eeftens et al., 2012b). Как следствие, это исследование основывается на предположении, что внутрикоортовое пространственное распределение загрязнения воздуха не изменилось за последние 10-15 лет и что прогнозы модели землепользования, таким образом, являются репрезентативными для базовых пространственных контрастов для всех исследованных когорт , Несколько исследований в литературе подтверждают это предположение в течение примерно 10 лет (Cesaroni et al., 2012; Eeftens et al., 2011). Кроме того, в рамках проекта ESCAPE было приложено много усилий для обратной экстраполяции концентраций загрязнения воздуха с учетом долгосрочных тенденций времени (см. «Дополнительный материал», «Методы», стр. 3-13) и анализов, относящихся к экстраполированным данным к результатам лечения не было выявлено четких различий в результатах по сравнению с исходными данными (данные не показаны). Мы также провели исследовательский анализ для оценки того, отличается ли связь между ТЧ2,5 и частотой инсульта в зависимости от времени начисления, при условии, что предположение о стабильном пространственном распределении загрязнения воздуха со временем может быть более актуальным для более поздних когорт: мы сделали не обнаруживают значимых различий в оценках ассоциаций среди когорт в соответствии с временем начисления (данные не показаны). Во-вторых, наш подход использовал только внутриконтрастные контрасты, которые ограничивали контрастность экспозиции, но уменьшали риск потенциального смешения при сравнении различных когорт из разных стран. В-третьих, данные, доступные для адаптации к смешению, несколько отличались от когорты до когорты, позволяя возможность различной степени остаточного смешения в результатах, специфичных для когорт. Тем не менее, наиболее важные факторы риска сердечно-сосудистых заболеваний (курение, диабет или гипертония, ИМТ, физическая активность) были доступны почти во всех когортах, и поэтому серьезное отклонение в оценках эффекта из-за остаточного смешения маловероятно. Наконец, мы не рассматривали возможное влияние потери на наблюдение (выпадение или смерть) на результаты. Воздействие загрязнения воздуха является установленной причиной смертности, поэтому пожилые участники, скорее всего, представляют население, которое «выбрано» таким образом, что лица, которые выдержали более высокие уровни воздействия, более склонны иметь характеристики (генетические или иные), которые ставят их под меньший риск для что приводит к недооценке причинно-следственной связи воздействия риска инсульта. Однако, учитывая небольшой относительный риск ассоциации загрязнения воздуха и смертности (т. Е. HR <1,10 для увеличения 5 мкг / м3 в ТЧ2,5 или 10 мкг / м3 увеличение PM10 или NO2, как сообщается Beelen et al., 2013b ), эта недооценка, вероятно, будет небольшой.

Это исследование имеет несколько преимуществ. Оценка воздействия, один из наиболее важных аспектов такого рода исследований, проводилась строгим образом со стандартизованными процедурами во всех областях исследования (Cyrys et al., 2012; Eeftens et al., 2012b). Коэффициенты LOOCV R2 от моделей ПМЛ ПМ2,5 варьировались от 0,53 в Финляндии до 0,79 в Германии (площадь Рур), что указывает на сильную дискриминационную силу пространственных атрибутов, используемых в этих моделях, для захвата пространственных контрастов экспозиций в исследуемых районах (Eeftens et al., 2012a). Дополнительной точкой достоинства является обширный список переменных, доступных для смещения корректировки, включая сердечно-сосудистые медиаторы и спутники, воздействие шума дорожного движения в каждом месте жительства и показатель городского / сельского значения, используемый для характеристики степени урбанизации каждой исследуемой области. Кроме того, статистическое моделирование было строго стандартизировано между когортами и рассмотрено несколько методологических вопросов, включая потенциал пространственной автокорреляции результатов исследования и линейность взаимосвязи между долгосрочным воздействием загрязнения воздуха и частотой инсульта.

Таким образом, мы обнаружили наводящие на размышления доказательства связи между длительным воздействием мелких частиц и инсультом в 11 европейских когортах, особенно среди участников ≥ 60 лет и среди некурящих. Связь также наблюдалась ниже текущих европейских предельных значений, что указывает на вредное воздействие мелких частиц даже при низких концентрациях.

Щелкните здесь для получения дополнительных данных.

Мы благодарим С. Буччи, М. Eeftens и P. Tiittanen за помощь в оценке воздействия и управлении данными. Для финской части (FINRISK, Finland Cardiovascular Risk Study) оценку воздействия проводили Т.Или-Туми, П. Таймисто и А. Пеннанен. Статистикой Финляндии была предоставлена ​​смертность, социально-экономический статус на уровне района и данные о строительстве. Г. Коста и Р. Онорато представили данные по Туринскому продольному исследованию. Оценка экспозиции в Турине была выполнена Д. Раффаэлем и М. Гилардетти. Оценка шума в Турине была выполнена Д. Грассо и Дж. Фоголой из Регионального агентства по охране окружающей среды Пьемонта.

Седьмая рамочная программа Европейского сообщества (FP7 / 2007-2011) предоставила финансирование для этой работы (грант 211250). Для финской части дополнительное финансирование было получено от Академии Финляндии (проект № 129317). Четыре шведских когорты [SNAC-K (Шведское национальное исследование по проблемам старения и ухода в Кунгсхольмене), SALT (скрининг через исследование Twin Spine), 60-летнее (60-летнее исследование), SDPP (исследование по профилактике диабета в Стокгольме)] были частично финансируемый Шведским агентством по охране окружающей среды, Шведским советом по труду и социальным исследованиям, а также Фондом «Сердце легких легких» Швеции. Когорта SALT получила дополнительную поддержку от Национального института здоровья США (грант AG-08724). 60-летняя когорта получила дополнительную поддержку от Совета графства Стокгольм и Шведского исследовательского совета (продольные исследования и 0593). Когорта SDPP получила дополнительную поддержку со стороны Совета графства Стокгольм, Шведского исследовательского совета, Шведской ассоциации диабета и скандинавии Novo Nordisk. Фонд Хайнца Никсдорфа, Министерство образования и науки Германии, Германский аэрокосмический центр (Deutsches Zentrum für Luft- und Raumfahrt) и Германский исследовательский фонд (DFG HO 3314 / 2-1 и JO170 / 8-1), Бонн, Германия, также оказала поддержку этому исследованию. Исследовательская платформа KORA (Немецкие кооперативные исследования в области здравоохранения в регионе Аугсбург) и МОНИКА (Многонациональное наблюдение за тенденциями и детерминантами при сердечно-сосудистых заболеваниях) Аугсбургские исследования были начаты и профинансированы Гельмгольцем Zentrum München, Немецким исследовательским центром гигиены окружающей среды, который финансируемого Федеральным министерством образования и исследований Германии и государством Бавария. Итальянское министерство здравоохранения частично профинансировало совместное исследование SIDRIA (Международное исследование по астме и аллергии в детстве в Турине и Риме).

Авторы заявляют, что у них нет реальных или потенциальных конкурирующих финансовых интересов.

Комментариев нет.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *